Ингушетия – можно ли рулить Кавказом, когда сорваны приводные ремни?


Глеб Щербатов


В ночь с 21-е на 22-е июня, практически час в час с известными событиями 1941-го года, в Ингушетии случилась маленькая победоносная война. Откуда-то из воздуха материализовалась группа каких-то непонятных людей, которая, поставив на уши всех скво из СКВО, через четыре часа бесследно растворилась. То, что 100 вооруженных мужиков могут спокойно навалять ста тысячам россиянских вояк ни у кого, в общем-то давно не вызывает сомнения - той ночью удивило другое. Так, кроме армии мордоворотов в лампасах в Россиянии есть не менее многочисленная армия рыцарей пера и чернильницы, в задачу которых входит информирование населения о происходящем в стране. Интересно, что делали все эти Катюхи, Кирюхи, прочие хреновые ньюсмейкеры с ОРТ, когда эти самые новости происходили? Что делает пишущая братия их коллег сейчас, пытаясь «анализировать» всем уже давно и хорошо известные факты? И даже сейчас, спустя несколько суток после событий, в СМИ Россиянии не существует ни одного аналитического материала, где бы автор правильно оценил произошедшее в Ингушетии. Суть же произошедшего там - в ЗНАКОВОСТИ этих событий. События эти были знаком россиянской власти, знаком её высшему должностному лицу Путину, знаком контролируемому этим дуэтом русскому народу. Рассмотрим, в чем же суть этих знаков.

То, что устроенная акция в Ингушетии носила элементы некоторого личного послания Владимиру Владимировичу очевидно уже из самой её даты: блицкриг на Ингушетию был предпринят в ночь на 22-е июня. Кто вдруг не понял, напоминаем: господин Кадыров - символ путинской «победы» в Чечне - был уничтожен 9-го мая, в день окончания ВОВ. А 22-го июня она началась. Возможно, отсюда такая озабоченность преемника после событий в Ингушетии?
Чтобы понять, в чем заключается знаковость событий в Ингушетии для элит Россиянии (для россиянцев вообще и для россиянцев на Кавказе в частности), следует напомнить о такой особенности национального характера жителей этих краев, как уважение силы. Ты сильный - тебя боятся и уважают, будь ты сам шайтан. Ты слабый - тебя презирают и не слушают, будь ты хоть ближайший корефан товарища Муххамеда. На этом принципе на Кавказе строится власть многочисленных людей в многочисленных кабинетах, увешанных портретами Владимира Владимировича: эти люди боятся Москвы, а этих людей в свою очередь боятся рядовые граждане. И тут вдруг ночью приходят какие-то господа с маузерами и начинают отстреливать людей из кабинетов с портретами. Что в результате этого получается? А получается, что Москва не защитила своих протеже, и теперь и люди в кабинетах, и люди на улице, в своих частных спорах будут аппелировать уже не к Москве и её представителям, а к ПОКАЗАВШЕМУ СИЛУ приходящему по ночам господину с маузером, потому что он на самом деле самый сильный и стало быть самый главный. То есть Москва теперь может присылать на Северный Кавказ какие угодно писульки, однако претворять их в жизнь будут исключительно с одобрения господ, которым власть в стране принадлежит ночью - в противном случае слово возьмет товарищ маузер. Как россиянцы дальше собираются рулить Кавказом в такой ситуации - даже представить не представляется возможным! Приводные ремни ведь сорваны.

Наконец самый важный знак был сделан в Ингушетии русскому народу. Причем - знак весьма двусмысленный. Первое, что сразу бросается в глаза, это смерть в результате внутреннего конфликта ингушей русских людей. Кто-нибудь может вразумительно объяснять - за что там умерли наши парни? Как нам кажется, лучше всего на этот счет высказалась (сама того не подозревая) «Ингушетия.ру»: боевиками, совершившими нападение на Ингушетию, командовал Магомед Евлоев - полевой командир бандгруппировки, действующей на территории Ингушетии. Евлоевы - самый большой тейп в Ингушетии. Их несколько тысяч. Только в Москве проживают 74 Магомеда Евлоева. . Очевидно, эти 74 дяди Магомеда должны теперь сказать большое спасибо всем тем безымянным русским Ваням, что за позиции тейпа Евлоевых в Москвабаде отдали в Ингушетии свои жизни. Однако стоит ли благодарить Вань за эту жертву русским москвичам?

Теперь рассмотрим такой, несправедливо обойденный россиянскими СМИ момент, как количество «пришедших» в Ингушетию «боевиков». Как известно из официальных источников, было их где-то 200-300 человек. Однако давайте займемся простой арифметикой. Так, всего «боевики» напали, по меньшей мере, на 20 объектов, то есть получается, что нападали они группами по 10-15 человек. Вообще это сурово, конечно, если 15 человек штурмуют РОВД или там ментовскую казарму, где понеся при этом потери в одного человека убивают 30 представителей россиянской власти. Прямо какой-то сводный отряд терминаторов, а не боевики. Но идем дальше.

Как в последующем было установлено следствием, переодетые в форму бойцов спецподразделений боевики (с масками на лицах!) ходили по городу патрулями, где останавливали прохожих. Как только кто-то показывал удостоверение сотрудника прокуратуры или МВД, его тут же расстреливали. Сколько было таких патрулей - неизвестно, зато известно, что прокуроров полегло много. Кроме патрулей на улицах боевики выставили патрули на дорогах, патрули на постах ГАИ, где так же досматривали машины на предмет наличия в них сотрудников МВД. Далее сообщается, что были опустошены какие-то склады с оружием, откуда было вывезено как минимум два грузовика стволов и боеприпасов к ним. Но кто-то ведь эти машины грузил? Кто-то стоял на складе и отбирал - что нести, а что нет. Кто-то, наконец, вел в это время бой - ведь на все про все у нападавших было около 4-х часов. Отсюда следует единственный вывод - у боевиков было очень много помощников, некоторые наблюдатели называют цифру аж 1500 человек.

Однако, имея в наличии упоминаемые некоторыми россиянцами 1500 вооруженных профессиональных бойцов (обидно же ментам драпать от двух сотен нападавших), Басаев запросто мог взять власть во всей Ингушетии. Но не взял. Следовательно, хотя возможно на улицах и бегало в общей сложности более тысячи людей автоматами, 90% из них были не пришедшие из Чечни наемники, а местные жители. На такие выводы указывает, во-первых, наличие масок у патрульных и у нападавших на РОВД людей с оружием. К чему маска, например, наемнику-арабу? Кто его в Назрани может узнать? В то же время для ингуша, которому на следующий день нужно идти на работу - маска первое время ой как не помешает. Или такой вопрос - с чего вдруг многие нападавшие были в маскхалатах? Что, нельзя было прийти с гор в кроссовках и спортивных костюмах - обычной полевой форме в тех краях? В то же время маскхалат чем удобен - джинсы и рубашку под ним можно не снимать, а, постреляв какое-то время - сбросить камуфляж и спокойно пойти домой, не привлекая особого внимания к своей персоне. То, что боевики «растворились» - так же указывает на участие в боевых действиях сочувствующих Басаеву добровольцев из Ингушетии: отряду в 200-300 человек практически невозможно незаметно перейти границу, повоевать и незаметно вернуться. В то же время для местных жителей собраться для штурма РОВД и после разойтись по домам проблемы не представляет (тем более, что после событий ночи 22-го июня энтузиазм заниматься поисками боевиков, у ментов наверняка поубавился).

Все это позволяет предположить, что в Ингушетии (а возможно - и везде на Северном Кавказе) сегодня существует широкая сеть оппозиции россиянской власти - в 1942 году таких людей называли подпольщиками. И 22-го июня они действовали следующим образом: какие-то люди пришли с гор - человек сто, максимум двести, после чего сообщение об этом прошло по своего рода отрядам самообороны, откуда тут же было делегировано какое-то количество бойцов. Очевидно, что в Назрани действовали как раз в основном прибывшие из Чечни профессионалы - об этом говорит успех операции с местным МВД, в то время как в остальных точках атак просто бегала толпа гарачих горцев и стреляла из автоматов. И что самое главное - никто этим автоматчикам не сказал: «Вах, вах, вах - некарашо!», никто из аксакалов за местных прокуроров не заступился - видимо совсем они уже достали россиянские власти население.

Не будем отказывать в здравом уме россиянским деятелям из ФСБ и аналогичных контор - что бы там не несли на счет событий в Ингушетии делегируемые в ящик бараны, наверняка аналитики просчитали и количество пришедших из Чечни, и общее количество принявших участие в перестрелке, оценили степень организации подполья, и - самое главное - дали происходящему в Ингушетии правильное название: гражданская война. В чем суть этого нового термина? Все просто: если раньше Басаеву, чтобы напасть на тот же Буденовск, нужно было тащить за собой маленькую армию, то сегодня ему уже достаточно просто прийти в какой-то город и открыть призывные пункты - что, собственно, и было сделано в Ингушетии. И этот момент - момент начала в Ингушетии гражданской войны - четко должны понимать и мы, русские люди. Почему? Потому что Ингушетия ведь, говорят по телевизору - часть Россиянии, правда никто из читателей там никогда не бы, да зачем нужны нам такие части никто не знает? Ах, да это русским не нужны, а вот Евлоевым, что из Москвы, наверняка необходимы!

если там и было что-то то наверняка немного виз-за другого. правду мы уже врятли узнаем.

если мы будем позволять такое, то пятая колонна для реального противника уже готова.

Чтобы в следующий раз задушить в себе раба, и ответить отморозкам.... Мечты...

вообще подобные вещи надо делать массировано