Россия — одна из первых стран, которую посетил Стивен Элоп, с тех пор как в сентябре 2010 г. возглавил Nokia. Российский рынок — один из важнейших для корпорации, объясняет он. В Европе и Америке позиции Nokia ощутимо слабеют, в России же это все еще бренд № 1. В первом российском интервью, данном «Ведомостям», Элоп рассказал, зачем Nokia вступила в альянс с Microsoft и как собирается расширять бизнес.

— Почему Nokia выбрала в качестве партнера Microsoft? То, что вы несколько лет сами проработали в Microsoft, ведь не единственная причина?

— Нет. (Смеется.) Основная причина выбора в пользу Microsoft — то, что, на наш взгляд, это дает нам наилучшую возможность для выпуска самых конкурентоспособных продуктов. Это самое важное. Если мы будем делать самые конкурентоспособные продукты, то выиграют и наши клиенты, и наши сотрудники, и, конечно, наши акционеры.

— Но Microsoft с ее платформой Windows Phone явно не лидер на рынке телефонов и смартфонов. Некоторые предполагали, что вы выбрали Microsoft просто потому, что вступить в альянс с Google или Apple для Nokia означало бы признать поражение.

— У Microsoft есть отличная новая операционная система [для мобильных устройств] Windows Phone. На рынке она присутствует лишь недавно. И если объединить качество этой операционной системы с силой бренда Nokia, то получится очень мощная комбинация, которая, как мы надеемся, станет очень успешной. Это объединение наших возможностей по всему миру с тем, что есть у Microsoft. Преимущества Microsoft — это в первую очередь софт и сервисы. Объединившись, мы рассчитываем создать третью [после Apple и Google] экосистему, которая обеспечит нам лидерство на рынке.

— Описывая месяц назад новую стратегию, вы как раз акцентировали внимание на необходимости создать экосистему под стать конкурентам…

— Именно так.

— Вы сравнительно новый человек в Nokia. Как вы считаете, почему компания до сих пор теряла долю рынка?

— Важно понимать, что в последние годы, особенно в последние пару лет, рынок радикально изменился. Битва устройств переросла в войну экосистем. Сейчас, чтобы эффективно конкурировать, нужно сложить вместе несколько частей: аппаратную часть, софт, сервисы, такие как поиск, реклама, электронная коммерция. Мы увидели, что на некоторых рынках нам нужно поработать более усердно и приготовиться к более сильной конкуренции, чем прежде. В России, по нашим ощущениям, наши позиции очень сильны — благодаря той работе, которая была проделана исключительно на российском рынке, и вложенным здесь инвестициям. Мы вкладывались в развитие местного контента, местных услуг, и когда кто-то здесь, в России, видит устройство Nokia, он также видит весь багаж опыта, который накоплен Nokia в этой стране. В России мы продолжаем удерживать очень прочные позиции и рассчитываем, что так будет продолжаться еще какое-то время.

Такие же инвестиции мы вкладывали в Китай, Индию, в этих странах у нас тоже очень сильные позиции. На некоторых других рынках конкуренция более жесткая.

— Как бы вы оценили долю Nokia на российском рынке?

— Я не назову точный процент, потому что на некоторых рынках, включая российский, дать точную оценку трудно из-за разных взглядов и разных методов измерения. Но я уверен, что в России у нас очень сильные позиции, пользователи очень хорошо воспринимают продуктовую линейку Nokia. Для Nokia Россия — четвертый рынок в мире, и он продолжает расти.

— Четвертый в мире по выручке или по объему поставок?

— По выручке. Но это тесно связано и с количеством поставляемых устройств.

— Возвращаясь к причинам сокращения доли Nokia на глобальном рынке — вы уверены, что дело в недостаточно развитой экосистеме, а не в недоработках интерфейса? Вот, например, у меня телефон Nokia…

— Спасибо, я это ценю. (Смеется.)

— Так вот время от времени мой телефон требует вставить sim-карту, хотя она как была внутри, так и остается. Когда такие мелочи накапливаются, это начинает влиять на восприятие бренда в целом.

— Я думаю, дело в том, что мы должны — в том числе и теперь, приняв решение об использовании Windows Phone, — следить за тем, чтобы тот темп, та скорость, с которой мы движемся, были не меньшими, чем темпы развития софтверной индустрии. Должны следить за появляющимися на этом рынке новыми возможностями. Нам нужно ускориться в развитии, представлять на рынок больше конкурентоспособных продуктов — и делать это быстрее, потому что рынок меняется стремительно. Плюс, конечно, заботиться о потребителе. Сейчас у Nokia, вне всякого сомнения, лучшая репутация с точки зрения заботы о потребителе, и мы очень гордимся этим. Кстати, приносите ваш телефон в Nokia, мы исправим неполадки.

— Это не такая уж большая проблема.

— Ну ОК. Я предложил. (Смеется.)

— Вы упомянули о необходимости ускориться. В то же время на февральской выставке Mobile World Congress в Барселоне компания пообещала выпустить первый Nokia Windows Phone только в начале 2012 г.

— Мы сказали, что масштабные поставки Nokia Windows Phone начнутся в 2012 г. Появится несколько моделей в разных ценовых сегментах и т. д. А точную дату появления первого Nokia Windows Phone мы не называли. Человек, который отвечает в Nokia за Windows Phone, очень хорошо понимает, что медлить нельзя, и ощущает давление рынка. Мы бы предпочли говорить об этом, когда будем более близки к объявлению [ о первом продукте], и тогда мы покажем нечто особенное.

— Можете хотя бы примерно описать, что это будет за аппарат?

— Мы объединим достоинства Windows Phone с наработками Nokia по части дизайна, тех ощущений, которые вызывает телефон, когда его держишь в руках. В этой области Nokia традиционно была сильна и отличалась от конкурентов. И мы хотим сохранить все эти достоинства бренда Nokia.

— Есть вендоры, которые устраивают премьеры новинок сначала на домашнем рынке, а на других — с приличной задержкой. С Nokia Windows Phone так не получится?

— Детали [вывода новых телефонов на локальные рынки] пока еще не утверждены окончательно, но я повторюсь: крупнейшие рынки, такие как Россия, очень важны для нас. И мы будем фокусироваться на них.

— А что значит фокусироваться? Это какие-то дополнительные инвестиции в дистрибуцию, или в локализацию продуктов, или в R&D?

— Россия в этом смысле хороший пример. Благодаря инновационности, присущей России по самой природе, здесь есть все возможности выстраивать уникальные отношения со всеми участниками рынка. Например, у нас был опыт сотрудничества с «Яндексом», и в будущем вы увидите новые примеры подобных партнерств. Другое направление — совместные НИОКР, открытие исследовательских центров, на эту тему не так давно были сделаны определенные объявления. Россия — уникальная составляющая в стратегии Nokia, мы проводим здесь разработки, организуем поддержку продуктов.

— Вы упомянули о проекте, связанном с исследовательским центром в России, очевидно имея в виду «Сколково»?

-Наш проект со «Сколково» — это чистые НИОКР. Можно представить себе, что в будущем партнерство может расшириться и выйти за пределы «Сколково». Это может стать следующим шагом, который будет зависеть от успеха существующих проектов.

— Представляя новую стратегию, вы поставили задачу подключить к мобильному интернету «новый миллиард» жителей планеты. Видимо, речь идет о сравнительно бедных странах. Вы так верите в перспективу роста мировой экономики и уровня жизни людей?

— Сегодня 80% населения земли пользуется мобильными телефонами и только 20% — доступом в интернет. Налицо огромный разрыв. Я верю в то, что есть значительная часть людей — в Китае, Индии и других странах, — которые приобретут опыт доступа в интернет именно благодаря первому мобильному устройству. Это должны быть недорогие устройства с относительно ограниченными возможностями. В то же время для этих людей это будут поистине меняющие жизнь возможности. Как раз недавно мы обсуждали ряд таких сервисов, разработанных Nokia. Например, в Индии фермер, пользующийся телефоном Nokia, может ежедневно узнавать цены на близлежащих рынках и благодаря этому решать, куда ему сегодня везти продавать свои продукты. В Китае Nokia аналогичным образом рассылает информацию образовательного характера для молодых матерей. Все это меняет жизнь людей в развивающихся странах, и это важная миссия, которую выполняет Nokia.

— Тем не менее остается вопрос с платежеспособностью населения беднейших стран.

— Есть много разных способов предоставлять такие услуги, изменяющие качество жизни. Некоторые из них мы только начали осваивать. Например, в Индии мы запустили сервис Nokia Money, позволяющий с помощью мобильного устройства переводить деньги и совершать платежи тем людям, у которых никогда в жизни не было банковского счета.

— Производители мобильных устройств стараются продавать людям дополнительные услуги и приложения, но не у всех это получается. Вот у Nokia в последние годы не очень получалось. Как, по-вашему, убедить владельца смартфона заплатить за то или иное приложение или услугу?

— И в мобильной, и в компьютерной индустрии появилось несколько моделей [заработка на услугах]. Одна модель — платная подписка, другая — рекламная. Одна из сторон нашего сотрудничества с Microsoft как раз связана с возможностью продавать локальную рекламу, привязанную к нашим картографическим и навигационным сервисам. Когда вы открываете карту в мобильном устройстве, на ней можно показывать рекламу близлежащих магазинов, за которую эти магазины станут платить. За сервис не обязательно должен платить сам пользователь, достаточно, если он согласится смотреть рекламу. Судя по продажам интернет-рекламы, которую показывают с экрана компьютера, эта модель может быть вполне прибыльной.

— То есть в рекламную модель вы верите больше, чем в возможность зарабатывать на сервисах, за которые платит сам пользователь?

— Смотря о каких услугах идет речь. Рекламная модель очень мощная. Но известны и такие виды контента или медиаресурсов, где можно ввести платную подписку, и это работает. Со временем все сбалансируется. Например, люди готовы платить за новости.

— Для многих онлайн-СМИ пока остается проблемой, как приучить людей платить…

— Да, но я уверен, что со временем выход найдется. Если репортеры создают качественный контент, кто-то должен за него заплатить. (Смеется.)

— Вы предупреждали, что изменения в Nokia приведут к высвобождению «значительного количества» сотрудников. Всем им, очевидно, придется платить выходное пособие. Не ляжет ли это серьезным финансовым бременем на Nokia?

-Да, мы объявили о существенном сокращении рабочих мест в связи с изменением стратегии. Сейчас мы обсуждаем с представителями властей и профсоюзов, как это правильнее осуществить, особенно в странах Европы, где сокращения затронут больше людей. Но мы социально ответственная компания и хотим быть уверены, что с сотрудниками, которые могут покинуть Nokia, не случится ничего плохого. Кому-то мы будем искать новые роли в Nokia, кому-то — в других компаниях, будем предпринимать усилия, чтобы переобучить людей, поддержим их в финансовом отношении.

— Практически все конкуренты Nokia ринулись выпускать планшетные компьютеры в уверенности, что за ними будущее. Не хотите последовать их примеру?

— Я верю в будущее широкого спектра устройств и сервисов, которые дают клиентам возможность воспользоваться преимуществами мобильности. Будь то планшеты, телефоны и т. д. Пока мы не объявляли о каких-либо специальных планах в отношении планшетов. Моя задача как первого лица Nokia — добиваться того, чтобы сделанное нами отличалось от того, что делает большинство участников рынка. Когда на рынке появляется множество планшетов, нет смысла выпускать еще один такой же. Нужно придумать новый продукт, который будет нести в себе уникальный дух Nokia.

— Вы пришли в Nokia из Microsoft. Чем отличается одна компания от другой?

— Принципиальной причиной, почему я решил перейти в Nokia, было представление о Nokia как об очень сильном игроке рынка. В том числе в России. И при этом было ясно, что перед Nokia стоит несколько серьезных вызовов, на которые нужно ответить, сделать ряд необходимых шагов.

Кроме того, Nokia — поистине глобальная компания с очень сильным присутствием в ряде стран. Даже работая в Microsoft, я не ездил по миру столько, сколько езжу сейчас. Например, в Китае у большинства зарубежных компаний очень много трудностей с бизнесом. Тем не менее Nokia там очень сильная и успешная компания. Переход в Nokia дал мне ощутимо другой, глобальный взгляд на индустрию.

В 2009 году было представлено целых четыре обновления платформы. Так, в феврале вышла версия 1.1 с исправлением различных ошибок. В апреле и сентябре вышли ещё два обновления — 1.5 «Cupcake» и 1.6 «Donut» соответственно. Обновление «Cupcake» привнесло существенные изменения: виртуальная клавиатура, воспроизведение и запись видео, браузер и другие. В «Donut» впервые появились поддержка различных разрешений и плотности экрана и сетей CDMA. В октябре того же года вышла версия операционной системы Android 2.0 «Eclair» с поддержкой нескольких аккаунтов Google, поддержкой браузером языка HTML5 и других нововведений, а также после небольшого обновления в пределах версии «Eclair» появились «живые обои» и был видоизменён экран блокировки.
В середине 2010 года Google представила Android версии 2.2 под наименованием «Froyo», а в конц 2010 года — Android 2.3 «Gingerbread». После обновления «Froyo» стало возможно использовать смартфон в качестве точки доступа, использовать традиционную блокировку смартфона цифровым или буквенно-цифровым паролем и другие изменения, а обновление «Gingerbread» привнесло более полный контроль над функцией копирования и вставки, улучшение управления питанием и контроля за приложениями, поддержку нескольких камер на устройстве и т. д.