Избегай шумных и воинственных людей, они досаждают духу.

Очень простое утверждение, но оно обладает огромной

важностью. Оно наполнено большим смыслом. «Избегай

шумных и воинственных людей...» Кто эти шумные люди, и,

прежде всего, почему человек становится шумным? Чело

век, который глубоко внутри чувствует себя неполноценным,

всегда шумный. Он боится, что если он не будет шумным, вы

увидите его слабость; если он не будет шумным, вы сможете

заметить его неполноценность; если он не будет шумным, тог

да, возможно, его разоблачат. Посредством шума он создает

вокруг себя дымовую завесу: он прячется за своей шумли

востью.

Адлер прав, говоря, что все политики, по существу, стра

дают от комплекса неполноценности. Никто не пойдет в по

литику, если он не страдает от комплекса неполноценности.



Политика — шумное, очень шумное занятие, очень громкое и

очень воинственное. Неполноценный человек старается дока

зать, что он полноценный. Он хочет скрыть свою неполноцен

ность, стремясь стать премьер-министром или президентом,

стремясь заполучить много денег, завоевать весь мир.

Александр Македонский, должно быть, страдал от вели

чайшего комплекса неполноценности, большего, чем у кого-

либо другого, иначе зачем ему было беспокоиться о том, чтобы

завоевать мир? Когда он направлялся в Индию — это была

последняя часть мира, которая еще не была им завоевана, — он

встретил невероятно красивого человека, Диогена. И Диоген

спросил его:

— Почему ты стремишься завоевать мир? Почему бы тебе

не завоевать самого себя?

Александр рассмеялся — не очень искренне.

— Ты совершенно прав, но прямо сейчас я не могу остано

виться.

Я должен закончить то, что задумал. Сначала я должен

завоевать мир, а потом я сделаю то, о чем ты говоришь.

Диоген сказал:


— Потом у тебя не останется времени — мир огромен.

К тому времени, когда ты его завоюешь, жизнь выскользнет

у тебя из рук.


Но Александр не слушал. На самом деле все так и слу

чилось: он не смог вернуться домой. Он умер, возвращаясь

из Индии; времени не осталось даже на то, чтобы вернуться

домой, что уж говорить о возвращении в свой собственный

центр, в подлинный дом? Вся его жизнь была потрачена на

доказательство того, что он великий завоеватель. Но к чему

пытаться это доказывать? Люди всегда пытаются доказать что-

то, чего, как они чувствуют, им не хватает. Поэтому «избегай

шумных и воинственных людей...» Они пустые, у них ничего

нет. Вы не можете ничему у них научиться. Напротив, «...они

досаждают духу».


Они будут отвлекать ваш ум. Они поделятся с вами своими

глупыми идеями. Они будут давать вам советы и направлять

вас. Они никуда не пришли, они ничего не знают, но они будут

притворяться, что они мудрые, будут притворяться, что они

чего-то добились. Они будут притворяться кем угодно.

Ищите общества скромных, простых, молчаливых, не за

нимающихся политикой, неагрессивных людей, и вы сможете

многому научиться. Но научиться чему-то можно только в

обществе невинных людей. Да, играя с детьми, вы сможете

узнать гораздо больше, чем общаясь с политиком. Даже на

ходясь среди животных и деревьев, вы сможете узнать гораздо

больше, чем в обществе так называемого богатого человека.

И люди могут легко отвлечь вас, так как вы еще не центри

рованы.

Амбиции заразны. Избегайте амбициозных людей,

иначе их лихорадка непременно инфицирует вас, непременно

повлияет на вас. Возможно, вы начнете двигаться в направле

нии, которое не является вашим; возможно, вы начнете делать

вещи, которые вы вообще никогда не собирались делать, но

просто потому, что вы оказались в чьем-то обществе...

Просто посмотрите на свою жизнь — она случайна почти

во всем. Она не существенная, она случайная. Ваш отец хотел,

чтобы вы стали врачом, и теперь вы врач. Он мечтал о том,

чтобы его сын стал известным врачом; он осуществил свою

мечту. Он использовал вас как средство для осуществления

своих амбиций. Это не любовь — это эксплуатация

Мой отец хотел, чтобы я стал инженером, или ученым, или

врачом. Я сказал ему:

— Если ты настаиваешь, если это доставит тебе удоволь

ствие, я сделаю любую глупость, которую ты от меня требу

ешь. Но помни, что это не любовь. Если ты меня любишь, то

позволь мне быть тем, кем я хочу быть. Я не хочу быть врачом

и не хочу быть инженером. У меня совсем нет желания быть

ученым — это не мой путь. Я не чувствую никакой радости в

научном способе мышления. Я склонен к совершенно другому:

я глубоко влюблен в поэзию, эстетику, красоту, истину.


Он сказал:

— Тогда ты останешься нищим!

Я ответил:


— Ну и прекрасно, это я могу принять. Я буду нищим, лад

но, но позволь мне быть тем, кем я хочу быть. Даже в своей

нищете я буду богачом, а последовав твоему желанию и став

врачом, я могу быть очень богатым, но останусь бедняком и

всегда буду тосковать по тому, что было моим подлинным

страстным стремлением.


Он был человеком огромного понимания. Он помедитиро

вал над этим и сказал:

— Тогда все в порядке. Делай все, что тебе нравится, я

благословляю тебя.


Он легко мог бы меня заставить, так как у него были деньги.

Он мог заставить меня двигаться в любом направлении, по

тому что я был беспомощен. Он проявил любовь, он проявил

понимание. Он позволил мне быть тем, кем я хотел быть.

Если вы находитесь в обществе шумных людей, они не

пременно собьют вас с толку. Он совсем не был шумным че

ловеком — он был очень скромен, совершенно не агрессивен.

Я никогда не видел, чтобы он с кем-нибудь скандалил. Он даже

не кричал на меня, когда я делал что-то неправильное, то, что

ему не нравилось. Я никогда не видел его сердитым. Это было

прекрасно — быть с таким человеком... но такая возможность

приходит редко.



Делайте, по меньшей мере, одно: избегайте шумных, агрес

сивных людей. Если вы не можете найти любящих, молчали

вых людей — если вы постараетесь, вы их найдете, — если

вы не можете их найти, общайтесь с деревьями. По крайней

мере, они не шумные, по крайней мере, они не агрессивные.

Учитесь общаться с животными, общаться с детьми. Или вы

можете оставаться в одиночестве; не стоит беспокоиться о

том, чтобы быть с другими людьми. Сведите контакты к ми

нимуму и оставайтесь в одиночестве или будьте с теми, кто

молчалив.



Это одно из величайших высказываний Лао-цзы: «Са

мая прекрасная компания — это когда вы чувствуете себя

с кем-то так, как будто вы в одиночестве». Проникнитесь

пониманием Лао-цзы — когда вы можете быть с кем-то так,

словно вы в одиночестве, когда этот человек предоставляет

вам столько свободы и дарит вам столько безмолвия, что вы

ощущаете себя в полном одиночестве, как будто вы едва ли

не один. Его присутствие — не помеха; его присутствие, в

действительности, усиливает ваше одиночество, обогащает

ваше одиночество.

Ошо

Избегай шумных и воинственных людей, они досаждают духу.

Если ты сравниваешь себя с другими, ты можешь преисполниться тщеславия или огорчиться...

И никогда не сравнивайте. Сравнение — это болезнь, одна из самых серьезных болезней, но нас с самого начала научили сравнивать. Ваша мать начинает сравнивать вас с другими детьми, ваш отец начинает сравнивать вас с другими детьми. Учитель сравнивает вас:

«Посмотри на Джонни, как хорошо он себя ведет, а ты ведешь себя очень плохо! Посмотри на других!» С самого начала вас заставляли сравнивать себя с

другими. Это самая серьезная болезнь; она подобна раку, который постоянно разрушает саму вашу душу. Каждый человек уникален, и сравнение невозможно.

Я — это просто я, а вы — это просто вы. В мире нет больше никого, с кем вас можно было бы сравнить.Сравниваете ли вы ноготки с розами? Не сравниваете. Сравниваете ли вы манго с яблоком? Не сравниваете. Вы знаете, что они разные, — сравнение невозможно.

И человек — это не просто представитель биологическоговида, каждый человек уникален. Человека, подобного вам, никогда не было раньше и никогда не будет снова. Вы совершенно уникальны. Это ваша привилегия, ваше исключительное право,

Слава богу, что он создал вас уникальными. Не сравнивайте. Сравнение приведет к затруднениям

Если ты сравниваешь себя с другими, то можешь преисполниться

тщеславия или огорчиться, потому что всегда найдутся люди

"более или менее великие, чем ты сам."

Если вы пали жертвой этой болезни сравнения, вы, конечно же, либо станете очень высокомерным, либо очень огорчитесь; все зависит от того, с кем вы будете себя сравнивать. Если вы будете сравнивать себя с теми, кто, как вам кажется, больше

вас, выше вас, значительнее вас, вы огорчитесь. Вы начнете обвинять бога, злиться: «Почему я так ничтожен? Почему я не такой, как этот человек? Почему физически я не так красив, не так силен? Почему я не такой умный? Почему я не то, не это? »

А на свете есть миллионы всяких вещей...

Если вы будете сравнивать себя с людьми, которые в каком- либо отношении превосходят вас, то вы огорчитесь, очень огорчитесь. Ваша жизнь будет отравлена этим сравнением. Вы будете всегда пребывать в состоянии депрессии, как будто Бог обманул вас, предал, покинул вас в беде.

Или, если вы будете сравнивать себя с людьми менее значительными, чем вы, с теми, кто в каком-либо отношении ниже вас, тогда вы станете очень надменными. Это одна из причин, почему политики всегда окружены людьми менее значительными, чем они сами; они их коллекционируют, в этом их радость. Они собирают вокруг себя менее значительных людей, чтобы в сравнении с ними сами они могли выглядеть более значительными, чем они есть. Это глупо, но от политика нельзя

ожидать большего.Богатые люди всегда окружены теми, кто менее велик, чем они. Они чувствуют себя хорошо, очень хорошо, просто замечательно в сравнении с этими людьми.

Однако, когда люди смотрят на чужие дома, на чужие успехи, на чужие достижения, они всегда чувствуют сильное ожесточение, обиду на Бога. В нашем мире религия не может процветать, потому что люди не могут молиться Богу, который с самого начала их предал, который сотворил их такими ничтожными, такими безобразными. Как они могут быть ему благодарны? Это невозможно.

.А без благодарности нет молитвы, а без молитвы нет религии.Однако человек, который понимает, что каждый уникален, может быть религиозным; он не может не быть религиозным,так как он ощущает огромную признательность за все то, что дал ему Бог. Если вы не сравниваете, тогда вы ни более и ни менее велики, ни безобразны, ни прекрасны, ни умны, ни глупы. Если вы не сравниваете, тогда вы — это просто вы. И в этой способности просто быть самими собой приходит весна и расцветают цветы, поскольку глубокое принятие жизни и глубокая благодарность Богу помогают весне начаться.
Ошо

Вам случалось любоваться Матрицей?
Ее гениальностью...
Миллиарды людей живут полноценной жизнью... во сне.
Знаете, ведь первая Матрица создавалась как идеальный мир, где нет страданий, где все люди будут счастливы.

До сих пор человек жил лишь неполной жизнью. Мирской человек жил неполной жизнью: мирской человек жил жизнью любви. Он пытался постигнуть: что это за явление — «любовь»?

Находясь в отношениях с женой, с детьми, с родителями, с друзьями, с обществом — всеми возможными способами он пытался понять, что такое любовь. Сознательно или бессознательно, все его усилия были на правлены на то, чтобы познать ту радость, которая может случиться между двумя людьми в глубокой гармонии. Любовь — это гармония между двумя людьми, двумя все ленными, пульсирующими в едином ритме, танцующими рука об руку, растворяющимися друг в друге, сливающимися, превращающимися в единое целое. Это путь пьяницы.

Вы как отвина пьянеете от другого человека, точно так же другой какот вина пьянеет от вас. Но это только половина истины вашей жизни. Вы начинаете больше узнавать о другом человеке и совершенно забываете о самом себе; любовь требует, чтобы вы забыли о самом себе и помнили о другом. Другой становится центром — вы постепенно исчезаете в глубокой темноте, вы становитесь второстепенным. Люди, живущие такой неполной жизнью, рано или поздно непременно разочаруются, потому что неполная жизнь никог да не может стать реализацией. Когда они разочаруются... а чем человек разумнее, тем скорее он разочаровывается, потому что понимает, что чего-то недостает, чего-то очень существен ого недостает. Недостает вас.

Вы ощупью ищете другого человека, совершенно не зная, кто вы сами. Но как можно найти другого, не найдя даже себя? Поэтому вы продолжаете лишьнатыкаться на другого. Вы можете называть это любовью, но это всего лишь смутные поиски в темноте. Нет понимания, нет ясности, нет света; все происходит впотьмах. Но вы боитесь одиночества и поэтому ищете общества другого человека. Именно из страха возникает ваша так называемая любовь — а любовь никогда не может возникнуть из страха. Это фальшивка. Неполное всегда фальшиво, подлинно только целое. Только в целом заключен смысл, в части — никогда. Часть имеет смысл только в связи с целым, но никогда — отдельно от него.

Очень много разумных людей разочаровались, и тогда они решили двигаться в противоположную крайность. Таков путьума: если вам не удалось одно, ум немедленно предлагает вам диаметрально противоположное. И это вас привлекает, это выглядит логично. Если любовь обманула ваши ожидания, если вы оказались не способны наслаждаться, танцевать и праздно вать с другим человеком, то логично будет заключить, что лучше быть одному, двигаться в уединение, стать монахом. Слово «монах» буквально означает «быть одному». Оно происходит от того же корня, от которого происходят такие слова, как «монотонность», «моногамия», «монополия», «монастырь». Оно происходит от того же самого корня.

Монастырь — это место, где множество людей пытается пребывать в одиночестве. Это путь монаха, не-мирянина. Но монах терпит неудачу точно таким же образом; он обречен на неудачу. Он выбрал другую половину, и теперь ему опять будет чего-то недоставать. Он узнает, что значит быть одиноким, — он узнает путь блаженства, он станет блаженным, но его блаженству будет кое-чего недоставать: ему будет недоставать возможности делиться. А блаженство, которым невозможно поделиться, начинает умирать, прокисать, горчить. Даже нектар может превратиться в яд, если он перестанет течь. Монах на самом деле гораздо блаженнее, чем мирянин, но блаженство монаха — не река. Оно не движется, не достигает других людей. Такой человек становится просто лужей, прудом, а не рекой — он застывает в определенных границах, испытывая страх перед другим человеком. Просто поймите, в чем тут суть: мирской человек боится одиночества и поэтому старается установить контакт с другим человеком, в темноте он взывает к другому. А монах боится другого, потому что другой может нарушить его уединение, может вторгнуться в его пространство, может посягнуть на то пространство, на ту территорию, которую он с таким трудом нашел. Он живет в страхе; он живет в темном, отделенном стенами, добровольном тюремном заключении. Он создает стены между собой и другими, он устраняет любые возможности для роста любви. Тогда его блаженство постепенно постепенно превращается в мертвый пруд с затхлой водой, и ему также начинает чего-то недоставать.

Существовали тысячи индуистских монахов, которые жили в гималайских пещерах и никогда не возвращались обратно в мир. Но эти люди что-то теряют, что-то очень существенное — возможность делиться. Жизнь — это возможность делиться, и только делясь, вы достигаете реализации. Просто представьте солнце, которое держит себя взаперти, так что его лучи не выходят наружу. Или представьте лотос, который держит свои лепестки закрытыми, так что его аромат ни до кого не может дойти. Представьте птицу,m которая боится петь — ведь кто-то может ее услышать... Тогда все это Существование будет мертвым.

Это послание для всех моих саньясинов: вы должны научиться и тому, и другому. Вы долж ны быть текучими, вы должны быть текущими. Вы должны научиться быть в одиночестве, и вы должны научиться быть вместе. Вы должны быть одновременно и медитативными, илюбящими, только тогда вы будете целостными людьми. А по моему мнению, быть целостным — значит быть святым. До сих пор человек не был святым, поскольку он не был целостным — как он может быть святым? Да, изредка кое-кому удавалось достичь — Лао-цзы, Заратустре... Да, изредка кому- то удавалось достичь целостности, но когда я смотрю на них, я чувствую, что даже целостность Будды можно было бы еще немного обогатить, даже целостность Лао-цзы могла бы стать немного большей; что-то можно было бы к ней добавить. Даже целостность Иисуса могла бы стать более многомерной. Здесь мои усилия направлены на то, чтобы дать вам много мерное существование; все измерения,возможные для чело века, должны быть вам доступны. Вы должны уметь любить, и вы должны уметь испытывать блаженство. По моему собственному опыту и по моим наблюдениям, лишь блаженный человек способен любить, и лишь человек, способный любить, способен испытывать блаженство. Эти качества усиливают друг друга.

Вы слышали о порочном круге — когда одно ведет к дру гому, затем другое ведет к первому, и получается порочный круг. Но вы не слышали о добродетельном круге. Я называюдобродетельным — не порочным, а добродетельным — круг, в котором одно ведет к другому, и вы поднимаетесь все выше, двигаясь к самым высоким вершинам. Вы приобретаете все новые и новые измерения. Наивысшее, что я могу представить, — это любовь, соединенная с вашим блаженством в глубокой гармонии; любовь и блаженство, не препятствующиедруг другу, а обогащающие друг друга.
Ошо

Если учения мастеров совершенны, то почему с течением времени они искажаются?

Это очень важно понять, поскольку так происходило всегда и всегда будет происходить в будущем. Это никогда не изменится. Любое учение непременно будет искажено, это в самой природе вещей. Точно так же, как каждый ребенок когда-нибудьстанет старым и каждый родившийся когда-нибудь умрет, каждое учение из соображений необходимости непременно будетискажено. Этого нельзя избежать. Дело не в том, что великиемастера не предпринимали никаких попыток; они делали все,что было в их силах, но идти против законов природы невозможно. Никто не может идти против законов природы. Есть семь моментов, которые должны быть приняты во внимание. Первый — это переживание самого мастера. Когда он переживает истину, ум полностью отсутствует. Это состояние не-ума, или, как его называет Дионисий, состояние агнозии—абсолютной невинности. Ни единой мысли не движется в уме. Поэтому система памяти не функционирует, ум пребывает в состоянии полной остановки. Он застыл, он абсолютно неподвижен.

Это тот момент, когда учение совершенно, но ничего еще не было передано другим людям. Учение еще не стало учением. Ничего не было сказано, ничего не было услышано. На самом деле, даже мастер еще не осознал то, что произошло. Что-то произошло, но он так глубоко потерялся в этом,что для него самого нет никакой возможности это осознать.Осознание подразумевает разделение на наблюдателя и наблюдаемое — переживание расщепляется. Когда переживание случается, оно неделимо. Нет ни познающего, ни познаваемого, ни субъекта, ни объекта. Все безмолвно. Это самое совершенное учение. Вторая стадия — это когда мастер осознает то, что произошло, и начинается искажение, причем внутри мастера. Он еще не сказал ни единого слова, но внутри него начало возникать смутное осознание. Переживание больше не неделимо, оно перестало быть единым, оно разделилось надвое. Оно пере стало быть тем же самым, оно перестало быть целым. Одна его часть стала субъектом — знающим, наблюдателем, осознанием, а другая часть стала объектом — познанным, пережитым. Это первое искажение, и оно происходит внутри мастера. Третье: мастер формулирует свое переживание, он начинает делать его более ясным, более выразимым. Теперь возникают уже не две, а три части. Единое разделено натрое: на субъект, объект и ум, потому что без ума ничего не может быть четко сформулировано. Ум — это эксперт.

Необходимо использовать язык, необходимо использовать логику. Ум должен пробудиться от своего глубокого сна, он должен быть призван на помощь. Точно так же, как когда-то мастер изо всех сил стремился перевести свой ум в глубоко застывшее состояние, теперь он изо всех сил стремится разморозить его, поскольку без него невозможно достичь абсолютной ясности относительно того, что произошло. Это нужно концептуализировать. Однако в тот момент, когда предельный опыт становится концептуализированным, происходит сильнейшее искажение,так как то, что не может быть выражено словами, принудительно облекается в слова. И эти слова маленькие, а переживание огромно, как небо, — даже небо не является его пределом. Беспредельное должно быть втиснуто в пределы.

Естественно, многое будет утрачено. Сначала это было целое небо со всеми звездами, со всей его бесконечностью и вечностью. Теперь это лишь маленькое окошко в раме — искусственно созданной раме. Теперь вы смотрите через окно: это больше не целое небо, а лишь маленький его кусочек. Четвертый момент, который необходимо понять, — это средства выражения.

Из огромного сострадания, из любви, мастер хочет поделиться тем, что произошло, с другими, поскольку он видит, что миллионы людей ощупью бродят в тем ноте точно так же, как когда-то бродил он сам. Он видит, что каждый ощупью бродит в той же самой темноте, испытывая то же самое замешательство, точно так же страдая, а сам он находится теперь в таком состоянии, когда может помочь. Покрайней мере, он может указать путь, он может показать не что из Запредельного. Он может вызвать некий проблеск, он может запустить некий процесс. Мастеру приходится использовать искусство синхронизации. Ему приходится петь песню так, чтобы ваша песня, которая пребывает в зачаточном состоянии, пришла в движение, ожила, вышла из своего дремлющего состояния, начала тянуться к небу — чтобы ваше семя проросло, чтобы у вашей песни тоже появилось сильное стремление. Ваше сердце должно быть затронуто. Мастер говорит.

Но, как только он начинает говорить, теряется еще больше, потому что одно дело — создавать концепции внутри самого себя, и совершенно другое — передавать их кому-то еще. Теперь ему приходится смотреть на другого человека — что он может понять? Только то, что может быть выражено словами.
Ему приходится ограничивать себя самыми скудными средствами выражения, ибо только тогда люди смогут что-то понять. Ему приходится использовать язык, который могут понять они. Будда не может использовать язык, который могут понять только другие будды. Он достиг залитой солнцем вершины, но ему приходится возвращаться, ему приходится снова спускаться вниз, в темноту долины. Ему приходится использовать ваш язык, ваши средства выражения, ваш способ говорить.И, естественно, почти девяносто девять процентов теряется, только один процент становится выраженным, но и для этого требуется очень искусный мастер.

Многие мастера не смогли выразить даже этот один процент; они оставались безмолвными, понимая, что не обладают этим умением. Когда я решил стать преподавателем в университете, кое-кто из моих друзей, которые знали о том, что со мной произошло, спрашивали: «Что ты собираешься делать?» Я говорил: «Будет хорошо, если я смогу несколько лет побыть преподавателем, это очень мне поможет: это даст мне навык. Сейчас мне есть что выразить, мне есть чем поделиться, но нужен навык. Лучший учитель — это тот, кто может помочь понять
последнему человеку из тех, кто его слышит, человеку с самым низким интеллектом. Конечно, самые лучшие поймут с легкостью, но необходимо всегда помнить о тех, кто не нат столько разумен». А человечество, его большая часть, вообще не разумно. Оно живет очень глупо, очень заурядно. Сознание людей покрыто таким толстым слоем пыли и ржавчины, что оно полностью утратило свою способность отражать как зеркало. Оно неможет ничего отражать, оно не умеет ни на что отзываться. Необходимо большое искусство для того, чтобы выразить хотя

бы один процент переживания. И пятый момент — это восприятие переживания слушателем. Теперь, когда мастер сказал, он больше не хозяин того, что он сказал. Теперь хозяином становится тот, кто это услышал; теперь это его собственность. До сих пор искажение происходило внутри мастера, потому что он выводил свое переживание на уровень ума. Теперь, когда он сказал, сказанное входит в ум, который незнаком с переживанием неизвестного, Запредельного.
На самом входе теряется почти девяносто процентов из этого одного процента. Это неизбежно происходит, потому что каждый понимает все по-своему, в соответствии со своей обусловленностью, своим прошлым опытом, своей философией, своей религией, своей идеологией. Никто не слушает в состоянии безмолвия. Если вы слушаете в состоянии безмолвия, есть вероятность, что вы сможете уловить этот один процент, и этого достаточно для вашей трансформации. Если маленький огонек проникнет в вас, то скоро весь лес будет охвачен пожаром. Этого одного процента достаточно — это подлинный огонь, он зажжет вас.
Ошо